Белоснежка с двумя гномами (traductora) wrote,
Белоснежка с двумя гномами
traductora

Categories:

Февраль 2021

"Февраль. Достать чернил и плакать"
Пастернак явно писал о моем феврале 2021.
Если январь дался мне тяжело (кончина бабушки, мой ковид и долгое восстановление), то февраль подготовил еще более неприятные сюрпризы.

1. В нашем семейном клане еще не успели как следует оплакать бабушку, покинувшую нас 14 января, как 1 февраля уже случилось новое несчастье - с моим дядей. Они с тетей остались в этом году зимовать в малонаселенной деревне в Псковской области, где в последние годы проводили лето. У дяди довольно неожиданно развилась пневмония (не ковид, там другие причины; с ковидом-то, кстати, он успешно справился еще в самом начале пандемии), несколько дней держалась очень высокая температура, на фоне которой случился инсульт. По причине удаленности деревни рядом не оказалось ни аптек, ни врачей, ни больниц. В больницу дядя в конце концов попал, но в очень тяжелом состоянии. Неделю он пролежал в коме, а 7 февраля скончался.

Мы все были в шоке, это был какой-то сюр. Если бабушку и дедушку мы "отпускали" последние несколько лет, они шли к этому медленно, и мы к этой мысли давно привыкли (и то было очень тягостно, когда пришлось окончательно отпустить), то дядю Юру никто отпускать и не думал, ему было 73 года, а дедушка волей-неволей поселил в нас мысль, что можно вполне доживать до 93. В общем, в данном случае все было неожиданно и очень больно и обидно, потому что все произошедшее явилось результатом ряда неверно принятых решений. Хотелось топать ногами, ругаться матом и плакать.

Честно говоря, я переживала за дядю Юру даже больше, чем за бабушку. Дядя Юра - это лучшая сторона детства, это летние поездки в интересные места отдыха, куда они меня брали с собой и от которых у нас с моей двоюродной сестрой остались прекрасные и счастливые воспоминания. Дядя Юра - это отец моей любимой двоюродной сестры, которую я люблю так же, как и родную, и в детстве мне даже было завидно, потому что мой папа был суров со мной и не склонен был заниматься каким-то моим развитием, а дядя Юра всегда был добрым и покладистым отцом для моей сестры, вовлекающим в разные интересные активности - марки, выжигание по дереву, книги, поездки в музеи и т.д. Ну и вообще это был прекрасный светлый человек, очень отзывчивый и добрый, с энциклопедическим складом ума. Мы все были к этому совсем не готовы.

В общем, мое эмоциональное состояние с начала февраля было очень тяжелым. 11 февраля должны были состояться похороны в Москве (дело осложняло то, что произошло все далеко от Москвы), и я морально готовилась к очень тяжелому дню. Снова был сильный мороз, снова предстояли тяжелые похороны родственника, какое-то странное и ужасное дежавю - все это я уже проходила с бабушкой в конце января (а вообще это были уже третьи похороны в нашем семейном клане за последние четыре месяца!). Однако судьба распорядилась иначе.

2. Итак, 10 февраля, накануне прощания с дядей, все мои были дома (у Саши - удаленка, у Никиты в этот день отменили занятия в школе, Володя в саду не появлялся с ноября). С утра я встала пораньше, отредактировала и отправила перевод, потом мы с Сашей поехали по налогово-банковским делам, потом заехали за фаст-фудом в Макдак и Теремок (дети позвонили и убедительно попросили:), приехали домой, дружно съели фаст-фуд - кто радостно, кто с угрызениями совести, после чего я решила, что детям все-таки надо сегодня хоть немного погулять, несмотря на мороз. Я собиралась пройтись с ними буквально полчаса, вернуться домой и провести вечер максимально спокойно и тихо, чтобы поберечь себя перед завтрашним днем, который обещал быть очень тяжелым.

Мы дошли до одной из ближайших площадок, на которой Никите вдруг захотелось прокатиться с горки, ну и Володя побежал за ним. Они сто тыщ раз катались с этой горки и подобных. Такая, знаете, обычная нынче, пластиковая горка, с спиральным спуском. Но был мороз, и в этот раз она была немного покрыта льдом. Никита с криками проехал по ней вполне обычно, за ним ехал Володя, которого неожиданно занесло на повороте, после чего он в мгновение ока перелетел через бортик горки и ударился лицом о железную опору всей этой конструкции. Когда он встал, лицо было уже залито кровью, он закричал и был очень напуган. Честно говоря, я сначала недооценила серьезность раны, думалось, сейчас быстро придем домой, а там вода, перекись водорода, ватный диск, и все будет нормально. Когда мы пришли домой, в крови уже была и куртка, и шапка, и шарф. К счастью, дома был Саша, он взглянул на рану и лучше сориентировался, с чем мы имеем дело. Кровь не останавливалась, рана была глубокой и рваной - она шла параллельно брови и немного заходила на веко, сантиметра два длиной.

Потом была скорая, которая отвезла нас троих в Морозовскую больницу, где, как мы думали, Володе наложат швы и отпустят домой. Однако там посмотрели и сказали, что случай непростой и шить нужно под общим наркозом, что подразумевает госпитализацию.

В общем, вместо тихого вечера, который я планировала, я вдруг оказалась в ужасном фильме, в зале ожидания перед операционной, когда переводишь взгляд с часов на стене на дверь операционного зала, операция длится около часа, и вот выходит хирург, и ты по его глазам над маской пытаешься понять, как все прошло прежде, чем он начнет говорить. Я боялась за Володин глаз, боялась общего наркоза (у Володи есть особенности здоровья, с которыми все это нежелательно), в общем, что тут объяснять, это был очень непростой вечер. К счастью, всё прошло нормально, глаз не был задет (это просто чудо какое-то, я очень благодарна за это), но рана была действительно глубокой и доходила до надкостницы. Нас оставили в больнице на пять дней. Наверное, отпустили бы раньше, но первые пару дней после операции Володя не мог открыть этот глаз, там был отек, синяк, швы, в общем, выглядел он весьма невесело. Но потом отек стал понемногу спадать, а глаз с каждым днем - открываться все больше, так что на шестой день глаз без проблем обследовали, как и зрение (которое при поступлении вдруг оказалось намного ниже обычного, однако при выписке, к счастью, вернулось к норме). Морозовская больница оставила у меня очень хорошие впечатления - добросовестный и даже местами ласковый персонал, отличный (хотя и очень молодой, что сначала смутило) врач, кормили вкусно (правда, мне еды не полагалось, но на выходные многих повыписывали, и меня уже чуть ли не уговаривали взять дополнительную еду - а я к тому времени уже наладила себе добычу пищи из столовой:). Разве что спать было очень некомфортно - первую ночь я провела на стуле возле Володиной кровати, вторую и третью - мы спали на подростковой кровати, при этом одна моя половина находилась в ногах этой кровати, а другая - на стуле, было мучительно, однако все же гораздо лучше, чем просто сидеть на стуле всю ночь. Потом мы переместились на кровать нормальной длины и стало еще лучше, однако Володины колени постоянно полировали мне спину, и, по ощущениям, их у него не две, а как минимум шесть:-) Но все эти мелкие неудобства были ерундой, главное, я была очень рада, что ему хорошо зашили рану, что глаз не был задет, что все потихоньку заживало. В общем, это был неожиданный, местами тяжелый, очень тревожный, но все же ценный опыт, а к Морозовской больнице у меня в душе большая благодарность.

Последнюю неделю февраля у Никиты были каникулы, и мы провели их за городом.
Честно говоря, вот только после двадцатых чисел февраля у меня появилось ощущение, что я возвращаюсь к своему нормальному состоянию - наверное, впервые с конца декабря.
Эти два месяца, несомненно, что-то во мне изменили. Наверное, в целом сделали печальнее, я очень близко увидела грустные стороны жизни. Мне кажется, это отразилось на мне и внешне, и душевно, и физически (после ковида я так и не могу читать Володе вслух, разве что иногда минут по 3-5. Не уверена, что вообще снова смогу нормально это делать). Но, с другой стороны, несмотря на разные душевные метания, печаль, тревогу, разные сильные неприятные эмоции, я как будто нащупала внутри себя опору, или, вернее, убедилась в ее наличии. Даже если мой маятник сильно раскачивается, все равно рано или поздно он вернется в исходное состояние. И еще я не бросила практику благодарности и все равно испытывала ее каждый день, даже когда дни совсем к этому не располагали.

Прощай, февраль, ты принес много боли и тревог. Но это часть жизни, и с этим ничего не поделаешь.
Tags: Отчеты 2021
Subscribe

  • О бабушке, пост 6

    Бабушка прожила с дедушкой 67 лет и пережила его ровно на три месяца. Я хотела бы написать, что жили они душа в душу, долго и счастливо, но это будет…

  • О бабушке, пост 5

    Материнское начало в бабушке было развито невероятно сильно. Конечно, этому способствовало наличие троих детей, но особенно это расцвело в ней с…

  • О бабушке, пост 4

    Я заглянула в файл "Бабушкины рассказы", посмотрела, что я там записывала за бабушкой когда-то, так что теперь могу дать слово ей самой: "Ну что…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 17 comments

  • О бабушке, пост 6

    Бабушка прожила с дедушкой 67 лет и пережила его ровно на три месяца. Я хотела бы написать, что жили они душа в душу, долго и счастливо, но это будет…

  • О бабушке, пост 5

    Материнское начало в бабушке было развито невероятно сильно. Конечно, этому способствовало наличие троих детей, но особенно это расцвело в ней с…

  • О бабушке, пост 4

    Я заглянула в файл "Бабушкины рассказы", посмотрела, что я там записывала за бабушкой когда-то, так что теперь могу дать слово ей самой: "Ну что…